Ecoross (ecoross1) wrote,
Ecoross
ecoross1

Categories:

Александр Бек: "День командира дивизии" (1983) и "Начинайте!"



По одноименной повести Бека, документальной. Один из очень редких случаев, когда показывают "кухню" боя ("Великий перелом" и "До последней капли крови" - тоже), и хорошо. Из плюсов - потоптались по "вшивой армии", "орднунг, а танки перекрасить не успели" (у Бека не было), "Гитлер приказал считать нас слабыми", «Сеча при Керженце» Римского-Корсакова. Хорош Белобородов-Цветков. Минусы - крупные планы при неподвижной камере и экономия (одинокий "Максим" в обороне, два танка) создают впечатление, что воюет от силы взвод. Причем бои сняты так себе (кроме артподготовок и ходьбы по минному полю). Жуков и Рокоссовский (Ульянов и Михайлов)- special guest stars :). И еще очень жаль, что никто не снял "Начинайте!" - Момыш-Улы командует полком. Это одна из лучших повестей о войне, что я читал. Причем экранизируется за копейки.

- На войне, - объясняет генерал, - нередко случается, что вспомогательный удар вдруг становится главным... Бывает и так, что не удаются оба. Тогда...
- Что тогда?.. - спрашиваю я.
Не отвечая, Белобородов рассматривает свой набросок. Потом говорит:
- Вот поэтому и не спишь всю ночь, ворочаешься с боку на бок, думаешь... - Генерал стучит пальцами по рисунку. - Если так сложится - чем парировать? Если этак выйдет - куда ударить? А если получится такой-то вариант - что предпринимать?
- Неужели вы так всю ночь и не уснули?
- Всю. С полтретьего немцы стали бить по нашему дому отдыха из дальнобойных. Слышали?
- Нет, я спал.
- А я думал и считал. Насчитал четырнадцать снарядов...

10.30. Генерала вызывает к телефону подполковник Докучаев, командир первого гвардейского.
- Слушаю... Так, так... У тебя пятидесятитысячная? Власов, карту пятидесятитысячную! Галопом, галопом, старина! Ты не волнуйся, Николай. Что у тебя с голосом? Ранен? Куда? В горло? А как ты говоришь? Содрало кожу? (Белобородову приносят карту.) Вижу, школа! Вижу! Не удалось? Потеряли? Сколько? Два? Ну и хрен с ней, со школой! Обтекай, потом сожжем! Хочешь разделаться? Действуй артиллерией, а пчелки (так в телефонных разговорах звалась в этот день пехота) пусть дальше пробираются. Бей прямой наводкой, только прямой наводкой! И через тридцать минут решить эту задачу! Тридцать минут сроку - и разделаться с этим атрибутом! А пчелок глубже в лес! Понятно? И пришли мне человека, чтобы рассказал лично обстановку.
10.35. Белобородов приказывает начарту:
- Выкати вперед, что у тебя там около школы, и дай прямой наводкой.

Перед нами встает картина боя в Снегирях.
Длинное каменное здание школы, имеющее большой круговой обстрел, немцы превратили в крепость. Они засели в подвале, вероятно углубив его. В кладке фундамента пробиты бойницы ("Как они, подлецы, это умеют!" произнес Белобородов), откуда немцы повели бешеный огонь. Из этого подземелья стреляют не только пулеметчики и автоматчики; там установлено много минометов, которые трудно выковырять. У школы со всех четырех сторон в землю закопаны танки, которые тоже бьют из пулеметов и из башенных орудий. И где-то вокруг, в блиндажах, в щелях, в окопах, еще и еще минометы. Там все крошит наша артиллерия; слышно, как у фашистов смолкает та или иная батарея минометов; но через несколько минут начинают действовать новые.
Огонь из школы остановил наши батальоны, еще до рассвета ворвавшиеся в Снегири. Бойцы с гранатами и пулеметами подползли на двести метров. ("Зачем? - вставил Белобородов. - Обходить надо!")

"Раиса" - "адская пушка", как ее называют немцы. У нас кроме официального наименования "пушка Р. С." ее зовут Катюшей, Марусей, Марьей Ивановной, "гитарой".
Ее залп - страшная штука. Такой залп все взметывает, взвихряет, охватывает пламенем, сечет металлом.
Залпы "раисы" внезапны. Выстрелив, "раиса" тотчас покидает позицию и скрывается, чтобы через некоторое время с какой-то новой точки опять произвести свою мгновенную и страшную работу.

Резко оборвав смех, Белобородов спрашивает:
- Выкладывай, с чем пришел?
- Нас выбивают из Рождествено, товарищ генерал.
- Кто? Сотня вшивых автоматчиков?
- Нет, товарищ генерал, они подбросили туда два танка и свыше батальона живой силы.
- Ну и что ж? А у нас там полк.
- Бьет термитными снарядами, товарищ генерал. Зажигает дома, которые мы заняли. Бойцы не выдерживают, откатываются.
- А для чего вам подкрепление?
- Как для чего? Не понимаю вопроса, товарищ генерал.
- Я спрашиваю, - голос Белобородова опять гремит, - для чего вам подкрепление?
- Для того... Для того, чтобы выбить...
- Значит, дяденька за вас будет выбивать? Варяги к вам придут выполнять вместо вас задачу?..
- Мне приказано, товарищ генерал...
- Передай полковнику, что никаких подкреплений у меня нет. Здесь у меня только мотострелковый батальон. Это мой резерв. Его дать не могу. Понятно?
- Понятно, товарищ генерал.
- Передай, что надо учиться воевать, учиться побеждать теми силами, которые имеются. Передай, чтобы выполнял задачу! Все! Можешь идти!

- Упорно держит населенные пункты, - говорит Коновалов. - Роет норы из-под домов, и достать его там трудно. Этому искусству надо у него учиться.
Белобородов поддразнивает:
- Если бы вас туда посадить, ох и заорали бы... Справа окружают, слева окружают... Давно бы оставили Снегири...
- Мы с Кондратенко не заорали бы, - говорит Суханов.
- А сколько деревень сдали?


Победа куется до боя.
Этот афоризм любит гвардии капитан Момыш-Улы.
Однажды был случай, когда он, командир полка, управляя боем, произнес только одно слово и больше ни во что не вмешивался.

- Если вы прикажете идти без разведки, пойду без разведки. Вы это мне приказываете? Сам стану во главе штурмовой группы, крикну "ура" и поведу людей. Вы приказываете действовать так? Буду выполнять ваше решение...
И вдруг он покраснел, на впалых щеках цвета потемневшей бронзы вспыхнул скупой румянец.
- Служу Советскому Союзу, товарищ генерал, - неловко выговорил он.
- Что он вам сказал? - с любопытством спросил комиссар полка Логвиненко.
- Он мне сказал...
Момыш-Улы помедлил. Ему хотелось скрыть, что он польщен, но эта нотка прорвалась.
- Сказал: "Спасибо за доблестный ответ".

Не поднимаясь с чурбака, не выпуская трубку, Снегин на полях газеты подсчитывает количество израсходованных снарядов. Итог кажется ему великоватым, хотя выпущено - мы сообщим эту цифру: многим артиллеристам она покажется невероятной, неправдоподобно малой - всего сорок шесть снарядов.

Рассказы и повести Бека
Tags: История, Кино, Литература
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 29 comments