Ecoross (ecoross1) wrote,
Ecoross
ecoross1

1919 - траншеи, бои.

Обновленная версия:
Галлоуэй прыгнул в траншею первым и, судя по звукам, сразу кого-то приложил своей дубиной. Грохнул сдвоенный выстрел из обреза, который рыжий ирландец снаряжал обрубками свинцовых прутьев.
«Черт возьми, сумасшедший ирландец что, заряжает свою пушку черным порохом?» - подумал Шейн, прыгая следом, прямо в клубы дыма. Траншея оказалась неожиданно глубокой, земля больно ударила по стопам. Питер заученно перекатился, так, чтобы не зацепиться поклажей, привстал на колено, напряженно выцеливая врагов в узком проходе, сплошь затянутом дымом от боцманского выстрела. Что-то бросилось на него сверху, янки с воинственным воплем отмахнулся прикладом и сразу же вслепую разрядил дробовик в упор.
- Шейн! - прикрикнул откуда-то спереди, из дыма, всевидящий Дрегер. – Мертвецов будешь убивать после!
Точно, это был тот самый немец, которого Шейн убил чуть ранее. О сотрясения его тело сползло с бруствера и свалилось прямо на плечи Бриллианту.
- Мартин, - гаркнул Шейн, крутя головой.
- Здесь! – отозвался напарник спереди.
«Дьявольщина, отстал!» - чертыхнулся про себя Шейн, с отвращением стряхивая с лица брызги крови покойника. Он бросился вперед, догоняя рвущийся по «шестой» отряд. После жутковатой картечи Боцмана добивать здесь было некого.
- Бросаем! – скомандовал Дрегер, и, хотя противника не наблюдалось, четыре впереди идущих гренадера заученно потянулись к сумкам. Откуда-то из-за плеча лейтенанта вытянулся длинный широкий ствол, источающий слабый дымок и пороховую гарь. Уильям рефлекторно развернулся, поднимая револьвер, но это был американец со своим винчестером, выцеливающий возможную помеху гранатометчикам. Огнеметчик Беннетт прижался к стене, наполовину - насколько позволял громоздкий баллон - втиснувшись в полуобвалившуюся нишу.
Гренадеры слаженно исполнили – точнее не скажешь – счетверенный бросок. «В первый участок траншеи, в следующий, за вторым траверсом – дальше всех, снова в первый, но чуть дальше первой гранаты, и в колено второго траверса» - так занудно требовала инструкция. На деле все было проще – бросай в каждое колено и не ошибешься. Извилистые, сильно изломанные ходы сообщений для защиты от продольного огня рыли еще со времен Вобана , с тех пор прогресс двигался в сторону их максимального усложнения. Ныне стандартная траншея представляла собой нечто похожее на коленвал, с прямоугольным изгибом через каждые десять-пятнадцать футов. К счастью, «L-6» была выкопана еще во времена более спокойного отношения к гранатам и более походила на извилистый след змеи.
Серия взрывов, похожих на очень громкие хлопки в ладоши – сработали гранаты, далее пробежкой метров на двадцать, не более. Расстояние, кажущееся раз в пять больше из-за постоянных поворотов и помех. Мартин пыхтел как паровоз под парами, волоча свою огнеопасную ношу. Дрегер испытывал радость пополам с удивлением от сказочного везения - крысы продвигались почти без сопротивления. Боши, вероятно, побросали позиции, спеша сбежать подальше в тыл. Тех немногих, кто как-то пытался сопротивляться, выметали гранаты.
Новый бросок. А вот сейчас получилось нехорошо. За следующим поворотом слышались не уже привычные крики паники и боли, а четкие слова команды. И гранаты рванули как-то «поверху» и в стороне, скорее всего на защитных сетках и проволочных щитах в виде крыши «домиком», уцелевших от артобстрела. Такими часто перекрывали проходы - чтобы гранаты скатывались в сторону. Дрегер щелкнул пальцами, кивнув Мартину. Огнеметчик словно даже вздохнул от облечения, ведь каждый «залп» весомо облегчал его ношу.
На брандспойте был укреплен специальный щиток овальной формы, защищающий кисть, но Беннет все равно старался действовать как можно быстрее, как и все остальные. Следующий поворот открывался вправо, огнеметчик перехватил брандспойт в другую руку, для удобства, и привалился боком к стене у самого сглаженного угла, оскалившегося выщербленными досками дощатой обшивки. Боцман не долго думая сунул окровавленную дубинку в зубы и подхватил свою двустволку за цевье, выцеливая бруствер, чтобы никто не спрыгнул сверху. Шейн быстро и коротко – на миг, не дольше – выглянул из-за угла, сразу же отшатнулся обратно. С немецкого участка захлопали выстрелы, пули вонзались в стену с звучным стуком. Янки быстро кивнул, показывая, что с той стороны помех нет. А то бывали случаи, когда нерасторопный огнеметчик и все его соседи получали обратно свой же огневой залп, отраженный щитом или иной помехой.
Мартин сунул за угол брандспойт, что-то сразу же звучно щелкнуло по щитку, толкнув руку, но было поздно. Беннет нажал рычаг. Как обычно, шланг резко дернуло, раструб взбрыкнул, но огнеметчик привычно удержал агрегат. Пронзительно зашипело, в воздухе растекся пронзительный запах чего-то ядовито-химического. За углом кто-то недоуменно вскрикнул, голос разу же взвился до истошного вопля запредельного ужаса и немедленно оборвался коротким и сдавленным полувсхлипом, когда беснующийся огонь заполнил и выжег легкие жертвы.
- Дальше, - крикнул Дрегер.
Шейн пробежал среди дыма и языков пламени. Плотные хлопья сажи оседали на одежде и лице, забивая нос едкой вонью. Кто-то черный, похожий на головешку, слабо шевелился у самой подошвы траншеи, в противогранатной нише. Самое жуткое было то, что на живой головешке не было ни пятнышка розовой плоти. Повинуясь мгновенному приступу жалости, Шейн выстрелил на бегу и. конечно, попал. Еще бы, с такого то расстояния…
Позади топал Мартин. Как обычно, увидев последствия использования страшного оружия австралийца, Питер почувствовал нечто схожее с чувством благоговейным страхом. Мало что ужасает так, как огнемет, а Беннет управлялся им со спокойствием и хладнокровием…

Их прижали резко и неожиданно, точным и плотным огнем из «ТуФа» . Первая же очередь тринадцатимиллиметровых дьяволов прошила верх бруствера как невесомый пух, буквально напрочь снеся голову замыкающему.
И еще один покойник, второй за день, отметил про себя Дрегер, ничком бросаясь на землю. Не дожидаясь команды, взвод растянулся по траншее и рассыпался по ответвлениям, кто на четвереньках, а кто и ползком. Пулеметчик же со знанием дела молотил короткими прицельными очередями, буквально причесывая «шестую» на протяжении метров пятидесяти, не меньше. Затем «косильщик» умолк – даже такой калибр был бесполезен против укрывшихся в траншее. Но если немцы подтащат мортиры (а они обязательно подтащат)…
Майкрофт Холл с неожиданной для новичка инициативой нахлобучил немецкую каску на палку и поднял над бруствером. Ничего не случилось и ободренный солдат с неожиданной резвостью полез наверх. Его стащили обратно за штаны и Шейн выразительно постучал пальцем по собственному лбу.
- Ведро же гуннское, дурень. Тот по своим не выстрелит.
Пулемет вновь заговорил.



Дрегер достал из нагрудного кармана небольшой перископ и осторожно высунул наружу, маскируя между торчащими обломками щита. При этом он старался не думать, что восходящее солнце светит прямо в лицо и, как ни прячься, перископ вполне может дать отблеск. Хорошему пулеметчику больше и не нужно, а пуля «ТуФа» на дистанции в сто метров пробивает почти два сантиметра стали.
Хотя лейтенант и берег прибор, это утро не прошло для него даром - стекло было мутным и в разводах, а зеркало треснуло. Но смотреть было можно, и, приноровившись к искаженному обзору, перечеркнутому зигзагом трещины, Дрегер увидел капонир с пулеметом, который мешал продвинуться дальше – плоскую бетонную «пилюлю» с узкими горизонтальными щелями бойниц. Ранее он был прикрыт земляной насыпью, но ту буквально сдуло при артобстреле, теперь капонир вызывающе серел посреди черно-коричневой земли и чахлой зелени, которую не вырвала и не закопала артиллерия. В одной из бойниц запульсировал огненно-желтый цветок – «ТуФ» обстреливал кого-то в стороне, значительно левее и дальше. Неожиданно небольшой пригорок за капониром так же ожил, плюясь нитями трассирующих – замаскированная пулеметная точка, машинка послабее – привычный MG08 – но в умелых руках не менее опасная.
Дрегер убрал перископ и сел прямо на дно, на кусок доски, бывший не так давно частью настила. Попытался сосредоточиться.
Две пулеметные точки, точнее, одну вполне можно считать за скорострельную артиллерийскую. Патронов не экономят, стреляют не суетливо. Впереди «шестая» прерывалась насыпью, которую «соорудили» несколько разрывов, перекопавших землю и взгромоздивших ее пологими терриконами. Путь дальше был закрыт, покинуть траншею невозможно из-за пулемета, возвращаться – в общем то бессмысленно. А Стокс капонир не возьмет... Похоже, везение кончилось. Но все не так уж и скверно.
- Закрепляемся, - приказал он баррикадирам, державшим наготове шанцевый инструмент и пустые мешки для земли и песка. Подозвал одного из подносчиков. – Найди «Судью», объясни про пулеметы, покажи на карте. Нам нужна поддержка.
Тот понятливо кивнул и побежал обратно по траншее, пригибаясь и склоняя голову, хотя над ней было еще с добрый фут земли.
Баррикадиры работали как одержимые, заполняя мешки землей и перекрывая боковые ответвления. Гренадеры обшаривали редких покойников, стараясь пополнить запас гранат трофеями. Шейн ухитрялся одновременно насвистывать что-то легкомысленное, грызть галету и запихивать патроны в магазин винчестера.
День начинался удачно.

***

- Коллега…
Подобное неформальное обращение, очевидно, тяжело давалось майору, у которого на лбу было написано «Koniglichen Kadettenkorps»*. Его лицо блестело от пота, приглаженные усы встали дыбом, из-под каски выбился неряшливый клок волос. На мгновение Хейман ощутил укол удовлетворения – «паркетный мальчик» столкнулся с суровой прозой жизни. Но лейтенант сразу одернул себя – сейчас было не время выяснять сословные разногласия, тем более, что майор, несмотря на неопытность, похоже, был вполне вменяем и разумен.
Очередной разрыв засыпал их земляной крошкой. Офицеры залегли в глубокой воронке, совещаясь перед последним броском.
- Коллега? – отозвался Хейман, настолько вежливо, насколько можно быть вежливым в подобной ситуации.
- Эрвин Сьюсс, - неожиданно сказал майор.
Хейман поначалу его не понял, мгновение он лихорадочно соображал, кто такой «Эрвин», пока не сообразило, что майор представился. Действительно, в кратком и порывистом инструктаже времени для взаимного расшаркивания как-то не нашлось.
- Фридрих Хейман, - кратко ответил лейтенант, немилосердно ругаясь про себя. Драгоценные минуты уходили одна за другой на пустые разговоры.
- Славно, - произнес майор. – К делу. Лейтенант, вы уже поняли, я человек не очень опытный. Дайте совет, как нужно действовать.
У Хеймана отвисла челюсть. Удивление его было безмерным, начиная с того, откуда мог взяться на фронте целый майор, командир батальона, без солидного военного опыта, и заканчивая тем, что майор вот так запросто просил помощи и совета. Давно, очень давно Фридрих так не ошибался в людях. Эрвин Сьюсс молча и внимательно смотрел на него, пока Хейман собирался с мыслями.
- Так… - лейтенант резко потер лоб, словно разогревая мозги перед напряженной мыслительной работой. – Сколько у вас в точности человек?
- Семьдесят пять всего, - четко и кратко ответствовал Эрвин. - Из них примерно тридцать обстреляны и годны к бою, остальные либо раненые, либо мальчишки, которым бы махать хворостиной в деревне, а не идти в бой.
- Так… - повторил, нахмурившись, лейтенант. – Плохо, но не очень. Знаете всех? – так же кратко уточнил Хейман.
- Почти.
- Это уже хорошо. Так… «томми», похоже, добивают вторую линию, у них много пулеметов и гранат, идти на них в лоб – чистое самоубийство. Поэтому надо сделать так…
Раздраженная гримаса исказила лицо майора. Его можно было понять – лейтенант излагал мысли как вышестоящий по званию. Но Сьюсс задавил вспышку раздражения – он не обманывался относительно своих талантов и опыта. Сейчас только большой практический опыт лейтенанта-штурмовика мог помочь остаться в живых и тем более выполнить задачу.
- Мне нужны ваши лучшие люди, - продолжал Хейман. – С опытом и, главное, скорые на голову.
- Таких, наверно, с десяток-полтора.
- Мало, - Хейман досадливо стукнул кулаком по колену. Совсем рядом прошла пулеметная очередь, вынудив обоих рефлекторно пригнуть головы. Фридриху подумалось, что сейчас достаточно одной шальной мины, чтобы уложить командование сводной группой и полностью сорвать задание.
- Мало, но лучше чем ничего. Дайте только самых лучших, сейчас важно их качество, а «томми» все равно больше.
- Сейчас распоряжусь. Что будем делать? – спросил майор.
- Дайте, я еще раз гляну на вашу карту, она точнее моей, - ощерился в недоброй улыбке лейтенант. – Будем играть в Ганнибала и Канны.

Некогда я выкладывал иллюстрации, пришло их время :)

*Т.е. кадетский корпус в Берлине - основной источник пополнения армии офицерским составом. Хотя формально сословных ограничений для приема в кадетский корпус в Германии не существовало, обучение было платным или требовало солидной рекомендации (в некоторых случаях и то, и другое). Таким образом, майор - типичный представитель состоятельных слоев общества и закрытой армейской касты. Фридрих Хейман, выходец из бедноты, будучи фельдфебелем, получил офицерское звание уже в ходе войны, без экзаменов, за боевые заслуги. Отсюда определенное напряжение в отношениях офицеров.
Tags: 1919, История, НФ
Subscribe

  • Гай Хейли, Titandeath

    Ну или так :) "Эша чувствовала врага, как паук чувствует движение паутины или хищная кошка слышит шорох травы и мгновенно определяет, кто из…

  • Эдоардо Альберт, "Lords of the storm"

    -Я, я служу Темным Богам. Я не боюсь смерти. Я приветствую ее. -Тогда сегодня твой счастливый день. вжик Давненько не брал я в руки…

  • Дэн Абнетт, "Магос"

    То ли Абнетт стал лучше писать, то ли его стали лучше переводить :) Простой быт вселенной Warhammer, где "только война". — Я приготовила это для…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 31 comments

  • Гай Хейли, Titandeath

    Ну или так :) "Эша чувствовала врага, как паук чувствует движение паутины или хищная кошка слышит шорох травы и мгновенно определяет, кто из…

  • Эдоардо Альберт, "Lords of the storm"

    -Я, я служу Темным Богам. Я не боюсь смерти. Я приветствую ее. -Тогда сегодня твой счастливый день. вжик Давненько не брал я в руки…

  • Дэн Абнетт, "Магос"

    То ли Абнетт стал лучше писать, то ли его стали лучше переводить :) Простой быт вселенной Warhammer, где "только война". — Я приготовила это для…